– Господин штурмбанфюрер! - крикнул Павел и побежал через улицу.

Гравес смотрел на него удивленно. Рубашка перепачкана, словно мальчишка валялся в ней на мостовой. Руки в ссадинах.

– Ты кто?

"Нельзя говорить, что я Павел. Он сразу заподозрит неладное".

– Петер.

– А что ты здесь делаешь?

– Меня не пускают домой.

– Вот как? А где же твой пропуск?

– Забыл дома.

Гравес смотрел на него насмешливо.

– Большая оплошность.

Он отлично знал, что пропуска Петеру не выписывали. И фрау Копф тоже. Только тем, кто живет вне гостиницы. И то только для входа. Стало быть, Петер из гостиницы выйти не мог. Значит, он - Пауль. Зачем же он выдает себя за Петера? Почему здесь? Доктор Доппель сегодня уезжает. Может быть, уже уехал. Видимо, мальчишка сбежал. Ай-я-яй!… Так стремился в фатерлянд!

Гравес смотрел на Павла насмешливо. Доктор Доппель заварил эту кашу, пусть сам ее и расхлебывает. Старая лиса совал нос не в свои дела. Теперь у службы безопасности будут развязаны руки. Теперь-то он доберется и до этого еврея Флича и до самой фрау Копф. До сих пор их прикрывал своей широкой спиной доктор Доппель. Теперь они на его, Гравеса, ладонях. Голенькие. Ничего не значит, что за фрау Копф не числится никаких серьезных грехов. Нет безгрешных на этой земле!

– Пропустите, - бросил Гравес автоматчикам.

– Нужен пропуск, господин штурмбанфюрер, - сказал автоматчик с деревянным голосом.

"Отличная охрана. Мышь не проскользнет!" - удовлетворенно подумал Гравес и повернулся к Павлу.

– Подожди меня здесь.

– На той стороне улицы, - сказал автоматчик.

Гравес вошел в гостиницу. Павел побрел через дорогу, снова прислонился к стене. Сейчас выяснится, что Петер дома. Надо было сказать, что он - Павел и пришел проститься с мамой перед отъездом. Может быть, смыться? Теперь уже нельзя.